Морати

Сильванеты

Сильванеты, они же слуги жизни – существа, созданные из семян, посеянных Алариэль, богиней альвов и воплощением природы. Их родина – Владения Жизни. Их армии называются боевые рощи. Они быстры, сильны и хорошо скоординированы. Собирает их на битву один из духов-лидеров, начиная петь песнь войны. Отозваться на призыв для сильванета – долг на уровне инстинкта.

До Эры Хаоса жили в изолированной глуши, но нашествие злых сил заставило их подняться на защиту порядка. Из спокойных жителей они превратились в свирепых воинов, ведь кто не научился защищаться, тех уничтожили. Сейчас они обитают в основном в диколесье, где у каждого дерева есть дух, а их корни – пути для духов, исцеляющих землю.

Дриады

Дриады – воплощение гнева леса, самые многочисленные представили сильванетов. У них страшные когти, которыми они разрывают врагов, в невероятном и изящном боевом танце. Они очень импульсивны, не признают тактики и стратегии, крайне жестоки и эмоциональны. Во время битвы дриады поют яростные песни, давящие на психику противнику.

Духи ветвей

Матриархи, вожди и духовные наставники дриад и других лесных отрядов. Они умеют укрощать свои дикие инстинкты, чтобы решать конкретные задачи по выживанию, направлять вспыльчивых сородичей. Именно они лучше всех слышат и поют песни духов, песню войны.

Тела их наполнены естественными токами магии. Они могут направлять ее на уничтожение врагов, координацию действий отряда, его защиту, призыв о помощи.

Древесные владыки

Самые могущественные и долгоживущие из сильванетов, повелители кланов и хранители знаний, уважаемые всеми. В их ветвях и коре часто селятся целые рои мелких существ. В их сердцевинах сама магия жизни. Они настолько сильны и огромны, что один древесный владыка может сокрушить укрепленные стены города. Они слышат и передают песнь на сотни миль, преградой для них являются только границы между Владениями.

Ведьмы ветвей

Чародейки и матриархи. В бою они крушат врагов заклинаниями и смертоносными косами. Позже, после схватки, с помощью этих же кос они собирают сущности погибших соратников, сохраняют их души и память.

Серафоны

Истинные дети Владений Небес, серафоны ведут войны против Хаоса с начала эпох. Их материализовали из энергии звезд их лидеры, жабоподобные звездные мастера-сланы, обладающие большой магической мощью. Сланы уцелели после гибели старого мира и присутствовали при рождении нового.

Послушник

Для многих жителей Старого Света вслед за деньгами важную роль играет религия. Молодые мужчины и женщины хотят посвятить свою жизнь богам. Это говорит о преданности делу и подготовке, необходимой священнику. Послушники – монахи ученики. Они подвергаются серьёзным испытаниям под надзором строгих учителей, и, пока обучение не закончено, они не могут проповедовать или предоставлять другие подобные услуги. В само обучение входят основы грамоты и каллиграфия, богословие и искусство проповеди. Они так же изучают основы владения оружием, чтобы защитить храм, если это будет необходимо.

Хрупкое единство[]

Но уже тогда в опорах новой утопии возникали трещины, ведь некоторые боги пантеона Зигмара стремились в первую очередь к своим целям. И самым проблемным из них был Горкаморка, двухголовый бог зеленокожих.

Устав от постоянного беспокойства, вызываемого Горкаморкой, Зигмар поручил ему очистить дикие владения. Какое-то время роль охотника на чудовищ устраивала самого воинственного из богов, и он истреблял их на равнинах Гура. А тем временем Алариэль отдалялась всё дальше, тоскуя по потерянному былому миру. Теперь она хотела лишь выращивать свои причудливые растения. Её уединения во Владениях Жизни были всё более долгими, ей так не хотелось возвращаться в Небесный Зал для советов и бесконечных препирательств.

Хотя Малерион и Тирион и помогали новорождённым цивилизациям, прежде всего они искали свой народ. И хотя им так и не удалось найти не следа альвского рода, боги слышали в грёзах далёкие горестные крики – вопли проклятых, издаваемые от невообразимых страданий.

История странствий Малериона и Тириона сложна и причудлива, ведь она переплетена с интригами Тёмных Богов. В конце былого мира Слаанеш, Тёмный Князь Хаоса, поглотил слишком много душ, пируя ими вновь и вновь в алчном буйстве. И всё больше и больше душ утягивало в его пасть, пока Слаанеша не захлестнуло ими с головой. И когда мировая буря утихла, Тёмный Князь стал раздувшимся и беспомощным. Обожравшийся Бог Хаоса скрылся в тайном логове в надежде переварить своё пиршество. Но, несмотря на всю свою скрытность Слаанеш не избежал козней Тзинча, который манипулировал Кхорном и двумя новорождёнными божествами альвов.

И так, преследуя собственные цели и схватив Слаанеша, Малерион и Тирион не исполнили свои обязанности перед Зигмаром, ещё больше ослабив Великий Союз.

Опустевший трон[]

Вараний Шпиль

Своей огромной империей Архаон управляет из Вараньего Шпиля, монументальной крепости, возвышающейся над искалеченными пейзажами Владения Хаоса. Крепость состоит из извитых башен и колоссальной величины стен, хранящих бесчисленные добычу и трофеи, и именно в ней находится тёмный трон Архаона.

Вараний Шпиль возвышается над окружающим его адским ландшафтом как клинок, торчащий из груди трупа. Его шипастые стены словно плачут кровью замученных пленников, в то время как зубчатые шпили достают до огненного неба, на котором видны мерцающие картины объятых войной смертных Царств. Его украшенные лезвиями башни полны парящих на крыльях тварей, а стены патрулируют орды воинов, демонов и чудовищ, поклявшихся в преданности Архаону.
Чтобы из Владений Смертных попасть в Вараний Шпиль, нужно войти в магическую аномалию, известную как Восемь Путей. Пронзающее пространство между мирами, это огромное переплетение коридоров и башен некогда было жемчужиной Восьми Владений. Но Архаон уже давно завоевал его, и истерзанный портал ведет во Владение Хаоса, прямиком к Вараньему Шпилю

Благодаря этому важному стратегическому положению Архаон может быстро перебрасывать свои войска туда, где они нужны.

За зубчатыми воротами и адскими подъёмными решетками Вараньего Шпиля начинаются целые километры кривых коридоров и пещер, которые своим расположением нарушают естественные законы. Некоторые из них заполнены корчащейся демонической плотью, в то время как другие являются площадками для сводящих с ума святынь богов Хаоса. Многие превращены в кровавые бойцовые ямы, где окровавленные чемпионы в жестоких поединках доказывают свою пользу для своего жестокого хозяина.

В самом сердце Вараньего Шпиля находится Палата Побеждённых. Там, среди целого леса столбов с вырезанными на них кричащими лицами разбитых врагов, стоит трон, созданный из тьмы и окостеневших мечтаний. Выкованный из душ королей, он излучает нечистую силу, наполняя ужасом каждого, кто на него посмотрит.

Сам Архаон никогда не сидел на этом троне. В то время, как он сражается в постоянных завоевательных походах, лорды его владений собираются пред этим престолом, дабы сосчитать победы и трофеи. Под пристальным взглядом его колдунов смертные и демонические владыки преклоняются пред троном, выказывая ему такое же почтение, как и самому Архаону.

Феод Архаона простирается по семи Владениям из восьми. Сотни поколений рождаются и умирают, страшась плети надсмотрщика, их жалкие жизни проходят в строительстве монументов для своего господина. Бесчисленные лорды Хаоса, владеющие этими огромными царствами, страшатся того, что он однажды вернётся. После многочисленных побед Всеизбранного святыни, посвященные богам Порядка, жестоко осквернены, Врата Владений разрушены, а на руинах павших империй построены хаоситские капища. Око Богов в Мерцающих горах, Колодец крови в Восе и Бастион Демонического зуба, простирающийся по территории Стальных Королевств — вот места, где Хаос пустил глубокие корни. Это — очевидные результаты побед Архаона, сама реальность рушится из-за непрестанных страданий, сопровождающих армии Всеизбранного. В иных местах, таких, как, например, Долина слепцов, где искалеченные трупы подвешены за ноги на окровавленных деревьях, или Река обломков, по которой текут осколки костей, гнев Архаона навечно преобразовал землю. Такие места являются наглядным напоминанием того, что всё, что не завоевывает Всеизбранный, он разрушает.

Разверзшиеся небеса

Внезапно прокатившиеся по всем владениям раскаты грома и ослепительные вспышки возвещали не просто бурю, но рассвет новой эры. Многое зависло от внезапных и сокрушительных атак Грозорождённых, ведь Сигмар понимал, что у него будет лишь одна возможность застать всесильных врагов врасплох. Единственная ошибка могла привести к катастрофе…

Несмотря на страшные удары, способные расплющить горные пики, несмотря на чары, способные испепелить целые армии, Врата Азира держались. На протяжении бесчисленных веков ничто не могло пройти через эти порталы, запечатанные самим Сигмаром в Эру Хаоса. Не то чтобы никто не пытался – многие из врат осаждали орды, их непрестанно пытались проломить чудовища и выкованные в аду демонические машины. Но врата держались.

Тёмных Богов не тревожили такие пустяки, как нерушимые преграды, ведь они знали, что и врата будут сломлены, когда падёт всё в других Владениях. Это было лишь вопросом времени. И потому высвобожденная Сигмаром буря войны стала совершено внезапной. Нелегко удивить врага, способного внять предсказательным силам колдовских шабашей, великих демонов и Серебряных Башен Тзинча, для затуманивания эфира требуется великая мощь, и потому Сигмар позвал на помощь Теклиса, Тириона и Малериона.

Нельзя было позволить узнать о вновь созданной армии и замыслах никому, особенно величайшему интригану и судьбоплёту – Владыке Тзинчу. Сигмар знал, что главная цель, освобождение владений смертных от рабства Хаоса, может быть достигнута лишь если его армии нанесут удар быстро и не дрогнут.

Beliefs

«I am Sigmar. I am Golden. I am God. Harken for my name, for it will echo redoubled through the ages. It will strike down my enemies wherever they may hide. It will be heard when the need is greatest.»
Deus Sigmar.

Like most Empire folk, Sigmarites are insular, superstitious, and suspicious, but they view this as a sensible reaction to the corrupt world in which they live. Their self-appointed duty as guardians of the Empire and its people has brought them into contact with all manner of evil, which they have dutifully recorded in a sealed library found deep within the cult’s high temple. Thus, much like the Dwarfs, a race they revere as Sigmar’s strongest allies, Sigmarites never forget, and fully trust none. This, they claim, is a paranoia not born of fear or ignorance, but of experience.

Mental fortitude and defensive tactics are of paramount importance to Sigmarites, who view open assault or loose thinking as open gates for corruption and heresy. However, nothing is more important that defending the Empire Sigmar created, and they are willing to go to almost any length, even open, blind assault, to ensure this. To the cult, Sigmar was a leader and warrior, but not a universal saviour. He is not expected to take care of the woes of all his worshippers, but instead serves as an encouragement for Man to stand up for themselves in the face of adversity.

The cult also prizes strength and strong leadership, qualities they associate with Sigmar himself. They use these traits to promote the same strength amongst the folk of the Empire, and strike at the heart of heresy, the influence of the Dark Gods, wherever it may lie. War in itself, however, is merely a means to an end, a sombre affair designed to protect civilization from its numerous enemies. In this, the philosophy on war differs from the Cult of Ulric, for whom war needs no excuse and is treated as a natural force.

In the most devoutly Sigmarite provinces, such as Reikland, nearly every citizen attends a weekly «throng,» a temple service with a sermon. Sigmar worshippers also go to the temple for confession, advice, purification, and training as part of the local militia.

Strictures

Obey your orders.

Aid Dwarf-folk.

Work to promote the unity of the Empire, even at the cost of individual liberty.

Bear true allegiance to His Imperial Majesty the Emperor.

Root out and destroy Greenskins, the servants of Chaos, and those who use corrupt magic, wherever they may hide.

Penances

Penances from Sigmar fall into one of two categories: destruction of one of his enemies, such as greenskins and chaos cults, and strengthening of the Empire. An example of the latter category would be rebuilding a rural Imperial community.

Великий Альянс Смерти

Дворы пожирателей плоти

Они появились на руинах Владения Смерти. Безумные, они объедают трупы на полях боя и подбирают гниющие трофеи. Командуют войсками разлагающиеся генералы с оружием из человеческих костей.

Короли-вурдалаки

Предводители этого безумия – омерзительные короли-вурдалаки, вампиры, на которых наложено древнее проклятье. Они считают себя благородными правителями, а свои ужасные войска – доблестной пехотой, в шелках и доспехах, и передают эти видения подчиненным.

Они мощные колдуны, владеющие магией смерти и тьмы. Короли-вурдалаки умеют заживлять раны нежити, воскрешать ее и даже подчинять себе зомби-драконов. Правит над всеми король-вурдалак Унылое Сердце.

Кладбищенские гули

Отталкивающие и ненасытные гули – основа армий Смерти. Чудовища-каннибалы, благодаря безумию верящие, что они живые храбрые солдаты. Бесконечно преданные королю, они не бояться гибели и сражаются отчаянно.

Кладбищенские живодеры

Особо отличившихся гулей король может превратить в Кладбищенских живодеров – крылатых беспощадных монстров, стоящих на страже Дворов, гордости всех войск. За особые подвиги они могут подвергнуться дальнейшей трансформации и стать Кладбищенскими проклятыми, личными телохранителями короля, Караулом Мертвых.

Кладбищенские страшилища

Чудовища, с торчащими из плоти заостренными костями. Они довольно неуклюжие и ссутуленные, но это компенсируется их ростом и силой. Их оружие – клыки и когти, ими они вырывают органы прямо из тел еще живых врагов и тут же их пожирают. Считая себя рыцарями, они идут в авангарде войска и первыми бросаются на противника. Раны на них мгновенно заживают.

Самые отличившиеся выслуживаются до трансформации в завсегдатая кладбищ и получают под начало собственный отряд страшилищ.

Варгульфы

Наиболее приближенные к королю, самые его доверенные слуги и предводители войск. Яростнее их в бою только сам Омерзительный король. Они разрывают и тут же пожирают врагов, тем самым заращивая свои раны. Они также поглощают энергию темных заклинаний короля, получая сверхъестественную силу.

Это вторая часть обзора вселенной Warhammer: Age of Sigmar.  Продолжение смотрите в следующей статье.

Екатерина Сазанова

Великие Альянсы

В ходе новой истории вселенной Вархаммер сформировались Великие Альянсы, между силами которых постоянно происходят сражения в настольной игре «Warhammer: Age of Sigmar».

Великий Альянс Порядка – глобальный союз существ, стремящихся к миру и процветанию. В него входят Грозорождённые Вечные, вольные люди, дуардины, альвы, сильванеты, серафоны. Сигмар – их идейный лидер, из богов его поддерживают Грунгни и Гримнир – боги дуардинов, Алариэль, Тирион, Теклис, Малерион, Морати – боги альвов.

Великий Альянс Хаоса состоит из тех, кто несет волю Темных богов во Владения Смертных. К хаоситам относятся собственно воины Хаоса: Воинство Архаона Всеизбранного, Порабощённые Тьмой и демоны. С ними выступают последователи и подчиненные конкретных богов: кхорниты, нурглиты, тзинчиты, слаанешиты, а также скавены, зверолюды, гномы Хаоса и фамиры (гуманоидные амфибии). Возглавляют их Боги Хаоса, причем к прежней четверке присоединилась Рогатая Крыса, бог скавенов.

В Великий Альянс Разрушения вошли необузданные и дикие существа. Это Зеленокожие (орруки и гроты), огоры, трогготы, гарганты. Поклоняются они Горкаморке и Великой Пасти.

Великий Альянс Смерти возглавляет Нагаш, бывший соратник Сигмара и воплощение ветра магии смерти. Его войска: Повелители смерти, Дворы пожирателей плоти, Мертвые ходоки, Мертвые костетрясы, Маги смерти, Увядшие души и Завсегдатаи ночи.

Создание Великого Союза[]

Пробудившись после блуждания в пустоте, Зигмар отправился в великое странствие, исследуя каждое из Восьми Владений. Он странствовал во все концы света, находя поселения примитивных людей и охотясь на чудовищных зверей. Зигмар многому учил людей, и они начинали поклоняться ему. Возвышались цивилизации, и уже через несколько поколений бывшие охотники с кремневым оружием прекратили скитания и возвели шпили великих городов. Направляемый тайным знанием и самой судьбой Зигмар находил и пробуждал других богов, что приводило к самым разным последствиям.

После долгих лет странствий Зигмар вернулся на Небеса Азира. Там он призвал могущественнейших из встреченных им в путешествиях. То было собрание сил, невиданных прежде, ведь Зигмар созвал пантеон, в который входили боги, полубоги и даже зодиакальные чудовища. Для такого конклава Зигмар сравнял вершину горы Небесной, величайшей во всех мирах. Приглашённые заняли места в свете звёзд, и так начался великий совет.

Несмотря на все свои различия – и то, что многие из богов в прошлом были архиврагами – они заключили соглашение. Совет избрал защитников каждого из Восьми Владений, установил границы царств, а затем все принесли клятвы верности. Так начался золотой век.

С помощью богов по всем Восьми Владениям росли поселения. Грунгни учил людей обрабатывать металл, а Нагаш наводил порядок среди духов умерших, пока его неразумные ходячие мертвецы помогали возводить защитные сооружения. Города быстро росли, раскинувшись от разрытых пустошей Хамона до суровых степей Гура. Между владениями развивалась торговля и могущественный союз преодолевал даже самые страшные и невообразимые из обнаруженных опасностей.

History

«The Daemons of Chaos can be likened to hungry and rabid wolves. The shepherd should not waste time hating the wolf that attacks his flock. He should simply kill it.»
Volkmar the Grim, Grand Theogonist of Sigmar.

Volkmar is a pious and foreboding man who is utterly dedicated to his faith and the destruction of Chaos in all its form. When the Grand Theogonist accompanies an army into battle, he typically rides atop the resplendent War Altar of Sigmar, inspiring the surrounding soldiers to great acts of heroism as he strikes at the followers of Chaos down with powerful blows and words of divine power.

Volkmar is a holy terror to all evil within the battlefield, a man who fights with the fury of Sigmar himself. It is said that Volkmar’s soul was forged of steel and he fights the malign influence of Chaos with every fibre of his entire being. Though possessed of a warrior’s soul, Volkmar is a wise man who knows that Chaos cannot be defeated with strength of arms alone. The Grand Theogonist is convinced that the answer to truly ending the threat that lies in the North lies buried within the archives of the Empire’s vaults of ancient scrolls and holy scriptures.

For days at a time, the Grand Theogonist has locked himself in the secret repositories filled with the tomes of forbidden lore, in search of an answer to ending the dark menace of Chaos. Such a task is epic in the extreme and, so far, the Grand Theogonist has gathered together only a few fragments and scraps of pertinent knowledge. However, what Volkmar has learnt speaks of a great prophecy, a final battle between good and evil that will either see the threat of Chaos crushed forever, or the Empire, and that of the entire world, shall be destroyed in a tide of flame and bloodshed.

The Great Disciple

To the common man, Volkmar the Grim is an exemplar of the Sigmarite Cult, a noble patriarch blessed by his warrior god and held in awe by soldier and priest alike. Certainly, the deference of those who flock around him reinforces this impression. His stern visage, physical bulk and bombastic character form a bull of a man, a force of indomitable faith who lends limitless strength to the warriors he leads into battle.

Only Volkmar’s Arch Lectors know the truth. Behind closed doors, the Theoginist’s shoulders slump as he lets the gruelling years of office take their toll. His body is scarred and burnt in a hundred places, and his bones have been broken and healed once too often, for he has battled long and hard against the Chaos-worshipers of the North.

Many prominent politicians believe that the stubborn old priest is a nuisance and an impediment to the schemes of wiser men, and gossips and gainsayers blacken his reputation in Altdorf and beyond. Yet Volkmar is a man of deeds, not words, and prefers to let his actions speak for themselves.

Volkmar’s supporters are mainly to be found amongst the rank and file of the Empire. His unflinching bravery and commitment has won him the admiration and respect of much of the Imperial army, who would follow the old man into the jaws of the netherworld if he asked it of them. To the common people, Volkmar is a hero cast in the mould of the ancient kings. He is the spiritual successor of the Heldenhammer himself, held in awe as a living legend by all those of Sigmarite creed. Some of his most fanatical supporters whisper that perhaps, long ago, Sigmar had an illegitimate child, and that Volkmar is the last scion of that bloodline — a rumour that the Sigmarite Cult does little to dispel. Regardless of the truth, it cannot be denied that Volkmar has an aura of divine power about him, a power that is magnified by the artifacts the Sigmarite Cult has bestowed upon him…

The Martyrs of Taalford

In the year 2518 IC, the Chaos warhost of Grakthor Flameaxe was vanquished when Volkmar the Grim arrived with an army of ten thousand Flagellants. Riding atop the War Altar of Sigmar, the Grand Theogonist led them across the River Talabec, into the heart of the enemy force. The river ran red with the blood of the slain, and at battle’s end, only a score of Flagellants, and Volkmar himself, were left standing…

Manifestation

Ulric is commonly depicted as a hulking warrior clad in furs and iron armour, thus appearing much akin to the barbarian warriors of the ancient tribes. His long black hair and beard are white with hoarfrost, and he bears a massive battle-axe or warhammer. At his side are two great, snarling wolves. Other depictions of Ulric portray him as a massive white wolf.

The legendary axe of Ulric is known as Blitzbeil; in some traditions of the tale of the founding of Middenheim, Ulric is said to have struck the mountain flat with this mighty iron-hafted blade, causing the silver-white Flame of Ulric to sprout at the mountain’s centre.

Overview

«The Ruinous Powers care nothing for why a mortal might fall into their worship – they will trick, coerce and snare whoever they can, for each fallen soul makes them a little stronger. The faith of mankind is different. We’re not tricked into the love of Sigmar. Our faith is no snare, nor can a man be coerced into a life of holiness. We must fight through our doubt to see the truth, just as a man must fight to crest the summit of a mountain. Take away that doubt, take away that struggle, and we’d be no better than the raving fallen who gibber at the sight of visions and cheap magick.»
Adso Theiss, tutoring Luthor Huss of the true meaning of Faith.

Sigmar is the Empire, and the Empire is Sigmar. He was the founder of the Empire and its first ruler. With his ascension to godhood, he became a legendary forbear worshipped by the folk of the Empire as a stern, vengeful warrior god whose covenant with his people is to defend them as long as the principles upon which his Empire was founded upon continue to stand. This is why the people of the Empire refer to themselves as Sigmar’s Folk or the Sons of Sigmar — and why the Emperor is referred to as the Heir of Sigmar regardless of his or her ancestry or religious beliefs. Sigmar himself never claimed godhood nor immortality in his lifetime.

Indeed, he was in every sense a man of the people, fighting alongside his men on the front-line, eating their food and otherwise living much akin to them when on the march. Like many of the ancient tribesmen, Sigmar was a most devout Ulrican, and would often attribute his successes on the battlefield to the favour of the Wolf God. Ironically for a man who was Ulric’s most pious servant, the Cult of Sigmar has long been in contention with the Cult of Ulric. The latter claiming the Sigmarite’s heretical ways have driven the Empire from its true god, while the Sigmarites are quick to decry the Ulricans as nothing more than primitive barbarians who worship an uncaring deity. Nonetheless, this level of conflict only exists between the hardliners of each cult, and for the most part, the Cults of Sigmar and Ulric maintain a civil enough level of mutual, if unspoken, respect.

All gods are great, but it is Sigmar who is beloved above all by many in the Empire. For he walked as a man amongst them, and founded their great Empire. It is said by the citizenry of the Empire that it is Sigmar who perceived to watch over them with greater care than all the other, more distant deities. Such is this sense of vigil from a high being has ensured that the worship of Sigmar takes place throughout Imperial society, and often his faith is inseparable from daily life within the Empire.

While it is true that the other gods possess great worldly power and secular influence over the Empire, none are entwined more deeply into the very fabric of the Imperial identity than Sigmar, and it is not uncommon for his faith and followers to permeate Imperial politics and life. While other gods may possess mighty Warrior-Priests and devoted Templar Knights in their own right, the wars of the Empire are Sigmar’s personal battles. And while it may be the Nobility and Emperor who declare war, it is the common man’s faith in Sigmar that drives him to take up the sword and take his place amongst the battle line, and it is the word of the Warrior Priests of Sigmar that instills within him the courage to meet the horrors that seek to overwhelm them.

The followers of Sigmar are singularly devoted to proving themselves worthy of their Lord’s holy legacy and to protect his Empire from the adversaries of Men. Defence in the watchword of the Sigmarites: defence of the Empire, defence of its peoples, defence of their hearts, minds and souls. So watchful are they that the Sigmarites veer often into paranoia and superstition, always wary of Sigmar’s disapproval or looking for any sign of the handiwork of those that seek to corrupt. Chaos never sleeps, so say the Men of Sigmar, and so never does the cult rest in its vigil. The favour of Sigmar allows his servants to scour his enemies from the earth.

Whether it be calling down holy fire to purge the Greenskins, scourging the undead from their dark sorcery or bringing his sanctified wrath against the terrors of the North, the powers of Sigmar has always been evident in providing a supernatural means to combat such horrific foes.